Гала Борзова – настоящий профессионал. И это не потому, что она занимает первые места в списках лучших стилистов России, и даже не из-за сотрудничества с ведущими мировыми глянцевыми журналами и модными компаниями. Ее профессионализм – в ее работах (которые, несомненно, нечто большее, чем просто красивые фотографии), в том, как она жмет руку, в манере говорить, в резкой походке и в желании работать за идею, а не ради гонорара.

гала10

В этом году Гала – главный стилист конкурса «Мисс Россия», но это далеко не самое важное событие за последнее время. О главном и вечном, о карьере и жизненных ценностях – обо всем этом Гала Борзова рассказала в интервью «Умному городу».

 — Как после Вашего экономического образования, даже двух – в МГУ и РЭА имени Плеханова – Вы пришли в мир моды?

— О, меня всегда об этом спрашивают. Я надеюсь, не будет вопросов в духе «три предмета гардероба, которые должны быть у каждой девушки»? Вообще мир моды – это всегда закрытая тусовка, зачастую обложки журналов, крупные рекламные компании, показы известных дизайнеров случаются по принципу дружбы, «мы дружим – значит мы работаем». У меня практически нет друзей, которые не из этой индустрии. Все началось с того что я познакомилась с кампанией из мира моды, и через пару лет была уже достаточно известна в мире fashion, как муза, как продюсер съемок, как ассистент стилиста… — ну то есть я была всем и никем. И однажды журнал «Хулиган», издававшийся совместно с «Dazed & Confused», мне предложил поучаствовать в проекте о Викторе Цое. 10 известных московских людей представляют свое видение современного Виктора Цоя. Дальше было просто невероятное стечение обстоятельств — в клубе «Крыша мира», накануне дедлайна я знакомлюсь молодым человеком, двойником Цоя. В итоге мы снимали в гигантских песчаных карьерах, и результат получился такой, что моя первая съемка в жизни сразу стала обложкой журнала. Помню, что некоторые из моих друзей сразу после этого перестали со мной общаться, это было тяжело, но взамен я обрела дело своей жизни.

После этого были журналы “Glamour”, “Elle”, австралийский “Oyster”, английский “Storm” и еще журналы…  я окончательно поняла, что хочу остаться в этой индустрии, и поступила в London College of Fashion.

— А сами Вы как считаете – что сыграло в этой истории более значимую роль – талант или умение завязывать знакомства?

— Я только сегодня говорила мужу (он большой поклонник моих работ) что мне просто повезло – таких как я много, в мире много стилистов… И сама в это не верила.

Неправильно говорить о себе: у меня талант, но тем не менее стилистов много, но мои работы — всегда узнаваемы. Например, у меня в кадре может стоять абсолютно голая девушка, но можно сложить ей руки определенным образом, у нее может быть определенная прическа, можно посоветовать фотографу, как снимать — и тем самым создать настроение. Я этим и отличаюсь, создаю образ, а остальные стилисты просто одевают людей.

— Наверно, именно поэтому Вам нравится работать стилистом на съемках, а не персональным консультантом?

— У меня был опыт. Дольше всех я работала с Тиной Канделаки, с Глюкозой, с Юлией Волковой из группы Тату, но звезда всегда только одна, и, если ты работаешь со звездой, то автоматически становишься ее свитой, или того хуже, обслуживающим персоналом, как мастер, который делает маникюр. Ничего не имею против мастеров по маникюру, среди них есть большие профессионалы, но тем не менее ты становишься человеком из сферы услуг. А мне тяжело быть на вторых ролях. Я недавно снимала Ренату Литвинову на обложку журнала «Etage», в какой-то момент она подошла к фотографу и спросила обо мне: «Гала должна командовать, так задумано?». Пришлось конечно, уступить лидерство и дать ей возможность сыграть ту роль, которую она сама хочет сыграть, потому что Рената Литвинова – конечно, большая звезда.

— Получается, Вы обычно занимаете лидерские позиции. А есть ли у Вас постоянная команда?

— Вы знаете, по этому поводу я всегда придерживаюсь теории поезда. Есть мой поезд, и он едет в Канны, назовем любимый город. Вы фотограф, и у нас сейчас общее видение ситуации, одни цели на какой-то период времени, и мы просто едем в одном вагоне вместе. Потом цели расходятся, и вы просто выходите из вагона и едете, например, в Химки, а я продолжаю ехать в Канны… Команды меняются, но есть люди, с которыми я рада поработать всегда. На самом деле, я все чаще себя ловлю на том, что — страшно говорить – с возрастом, я стала привыкать к людям, ценить свой комфорт и предугадывать результат. Единственное, кого я всегда меняю и практически никого не снимаю несколько раз — это модели, моделей много, а я одна. Конечно, есть любимые, но они все за границей, кстати, среди моих любимых – Полина Протодьяконова, как раз ее я два раза снимала: в Москве и в Париже.

— А каков главный критерий по попаданию модели в ранг «любимых»: у нее должен быть типаж или важнее профессионализм?

— Какую бы важную роль ни играли внешние данные, настоящими звездами всегда становятся характеры, если человек – личность, и не только с лицом, но и в голове все хорошо, то он будет звездой, а просто красивых очень много, вы даже не представляете. У меня был показ на RFW где было задействовано 60 моделей, это только у меня, а показов в день было десять! Представляете, какое в Москве количество моделей? За соседним столом, мне кажется, парочка сидит. В какой-то момент, на своей тысячной модели, ты понимаешь, что красота – это вообще не главное, главное – это какая-то штука, которая внутри, и поэтому становятся звездами, и только поэтому…

— А есть проекты, которыми Вы особенно гордитесь?

— Наверно, один из самых сложных проектов, который у меня был, — мы снимали обложку «L’Officiel-Центральная Азия», съемка была во дворце Фонтенбло. Нас впустили в те помещения, где не бывают туристы, в которых не должно находиться одновременно больше трех человек, чтобы не нарушить определенную влажность воздуха.

Я прекрасно помню момент, когда мы снимали в спальне Наполеона с полностью сохраненной обстановкой, я очень устала (шел 12 час съемки), прилечь можно было только на пол, и я лежу, смотрю в потолок и понимаю, ровно так пару сотен лет назад лежал Наполеон, и ровно в этот потолок смотрел. Моя работа дает возможность попасть в невероятные места, дает возможность встретить невероятных людей, которых в другом месте, наверное, не встретишь никогда.

— У Вас есть профессиональные амбиции расширить сферу влияния – вести передачу о стиле, книгу написать? Не считаете ли себя мастером одного ремесла?

— Я хорошо пишу. Можно зайти в мой Instagram — igalaborzova — и почитать там мои комментарии под фото. Это пока мечта – написать книгу, когда-нибудь я обязательно это сделаю.

В данный момент мне хочется заниматься артом, с глубоким смыслом и социальным подтекстом. Все остальное для меня теперь уже мелко: журналы, реклама, одежда… Я все это спустя столько лет работы в этой индустрии, не люблю и не уважаю, это ненастоящее. Мне кажется нет смысла наряжаться, краситься, если нужно просто правильно питаться и заниматься спортом — если у тебя хорошая фигура, кожа, волосы и счастливые глаза достаточно белой майки и джинсов, чтобы все сворачивали шеи.

— Вы хотите заниматься артом, создавать глобальные проекты?

— Да, создавать — это то, чем мне по-прежнему хочется заниматься. Стилизовать образы – это мое. Это мне интересно. Сейчас думаю о совместном проекте с Надеждой Зиновской, художницей из Нерюнгри, она создает архитектурные объекты — сэргэ из металла, дерева, стекла, я буду их снимать на фото, в результате будет большая выставка.

— Давайте поговорим о Вашей жизни в Якутске. Наверняка, уже в школе Вы интересовались модой.

— Я знаю точно, никто из тех людей, кто знал меня в Якутске, — не был удивлен тому, чем я занимаюсь сейчас.

По поводу якутского детства – я училась в ЯГЛ, у меня были непростые одноклассники, золотой круг со своими законами, и это тоже сделало меня мной .

А Якутск… – это очень круто, не буду говорить о красоте природы, это очевидно. Я всегда очень горжусь тем, что я из Якутии, это как отдельное микрогосударство со своим флагом, гимном, президентом… Мне даже во время учебы в Лондоне попалась карта мира, на которой Якутия была обведена отдельно, и названа: Якутская алмазная провинция.

Якутия – всегда самые теплые воспоминания: земляника, Ленские столбы, Трубка мира – все это потрясающе. У меня муж мечтает съездить в Якутию, вот думаю: в какое время года лучше, у нас ведь их два: холодно и комары (смеется). На самом деле была там в последний раз восемь лет назад, и у меня, наверное, все плохое из памяти уже стерлось — осталось только хорошее.

— Как думаете, в Вас есть что-нибудь исключительно якутское?

— Внешность (смеется).

Я всегда пью чай с молоком, правда, поддавшись объявленной лактозе войне, уже полгода не пью молоко вообще…. Я считаю, что нет ничего лучше красивой шубы, при этом у меня аллергия на пушнину, и единственные два вида меха, на которые у меня нет аллергии, – это шиншилла и соболь, их я ношу. Мне даже муж сказал: какая выборочная аллергия, ну а что я могу сделать? (смеется) Эта любовь к меху явно родом из детства, я помню, как мамина шуба пахла морозом и духами. Еще запах горящих торфяников — это запах моего города. Я всегда слежу за новостями из Якутска и Якутии, но мне кажется, что в Москве я куда более известна, чем там…

гала13

— А как Вы думаете, Вы бы смогли поднять модную индустрию Якутска одна?

-Теоретически одного профессионального человека хватит, чтобы собрать единомышленников, главное – захотеть. Я большой профессионал, но все равно перед всеми съемками волнуюсь, могу ночь не спать — переживать, но все уже давно всегда проходит гладко.

Я недавно нашла свою запись в дневнике десятилетней давности, где сказано «больше всего боюсь, что буду не «подающим надежды молодым стилистом», а «30-летней женщиной, которая круто снимает фэшн»». И я поняла, в феврале мне исполнилось 30, и я круто снимаю фэшн. Бойтесь своих страхов – потому что они могут сбыться! (смеется).

— Как воспринимаете критику? И бывает ли она вообще?

— Бывает, конечно. Болезненно воспринимаю, как все творческие люди. Кстати, очень долго, на протяжении 10 лет, я отрицала, что я творческий человек, всегда считала, что мое отличие от всех тех, кто занимается модой, и мой успех заключаются в том, что я обладаю математическим складом ума: могу продумать ходы на 10 шагов вперед, у меня хороший тайминг, я редко опаздываю. И вот буквально сейчас я поняла, что я, конечно, творческий человек. Это проявляется в каких-то вещах: болезненное отношение к критике, творческий кризис. Мне тяжело весной и осенью, я могу всерьез расстроиться из-за того, что за соседним столом кто-то некрасиво ест, могу три дня не мыть голову, потому что у меня такое настроение, могу ходить 3 месяца в одних ботинках – просто потому что я загадала: пока что-то там не случится, я буду ходить только в этих ботинках.

— Расскажите немного о своем окружении.

— Я уже говорила, что это люди, с которыми я работаю. Кстати, у меня больше мужчин в друзьях. Мне не очень нравятся женщины, я могу ими восхищаться, но у женщин часто все мелко, посплетничать, обсудить кого-то — мне это неинтересно, на такое я даже стараюсь не тратить время. А с мужчинами — интереснее, женщина от мужчины впитывает всегда что-то новое, а мужчина от женщины берет энергию, это известная теория.

— А теперь – о насущном. Повлиял ли как-нибудь кризис на Вашу работу?

— Нет. У меня съемочные дни расписаны на несколько месяцев вперед.

Когда случился кризис, мне звонили друзья-фотографы, стилисты, визажисты, говорили: «Ну, что делать будем?», я отвечала: «Наконец-то займемся творчеством!». Для меня гонорар не важен в принципе. При желании я могу очень мало тратить, и жизнь от этого хуже не становится. Я это поняла, когда купила себе первую дорогую машину, BMW X5, Мне было 23, и я, счастливая, поехала по Садовому на своей красивой новой белой машине… Уже через полчаса я поняла, что мир за окном не изменился, а я — это по-прежнему я, просто за рулем дорогой машины.

— Вы очень рано пришли к успеху, как это повлияло на Вас?

— Никак. К тридцати годам я сделала очень хорошую карьеру и достигла профессионального потолка. У меня сейчас другая сфера интересов – буду делать более вдумчивые истории, я и сама теперь более вдумчивая. Знаете, весь этот фэшн-флер – с меня все слетело, и осталась я настоящая, — такая, какая есть.

гала11

— И напоследок, поделитесь Вашим жизненным кредо – главным жизненным принципом. 

— Для меня главное мое правило – это быть собой, не обманывать себя и ни в коем случае не соглашаться на компромиссы.